ноткой ароматных специй, закружив все мои чувства в танце сладкого экстаза.
– Дело в том, что Аид либо не может, либо не желает помочь, – сказала я, сжав кулаки от разочарования. Я взглянула на Гипноса, который придвинул ко мне тарелку с блестящим кусочком шоколадного торта в молчаливом жесте сочувствия. Не сказав ни слова, я взяла тарелку, хотя и не была уверена, что смогу проглотить хоть крошку.
– В любом случае это не имеет значения, – с горечью добавила я. – Он лживый, жестокий бог, который получает удовольствие, играя с моим сердцем, – и вдобавок охотится на сумеречных оленей. Он заслуживает лишь моего презрения.
Гипнос округлил глаза.
– Ого! – Бог вздрогнул и поднял руку в воздух, чтобы успокоить меня. – Сколько всего сказано на одном дыхании!
Я невесело рассмеялась и покраснела, желая провалиться сквозь землю.
– Что значит он не поможет? – не отступал Гипнос.
Я судорожно вздохнула.
– Полагаю, он еще не сказал тебе, – ответила я. – Его мать велела мне разгадать загадку. Это моя единственная надежда вернуть свое имя и свободу. – Я замолчала. Мое горло сжалось от эмоций, когда я вспомнила тот мучительный момент, когда Аид был так близко, и все же я сдержалась, чтобы не обнять его и не пережить заново наш последний поцелуй. – Он просто передал мне загадку и исчез, не сказав ни слова. С тех пор я его не видела.
– Могу представить почему, – пробормотал Гипнос, приподняв изящную бровь.
Я вздрогнула.
– Что?
– Красавица, – тихо сказал он, и я почувствовала укол вины из-за того, что он обратился ко мне по имени, которое выбрал Аид. – Ты ведь понимаешь, как сильно это ранит его? Он так дорожит тобой и все же предложил сбежать из этого царства – неслыханный поступок! Моя дорогая, Никс – само воплощение тьмы. Если Аид получил загадку от нее… поверь мне, это было непросто. Я уверен, это дорого ему обошлось.
Я похолодела.
– Я не подумала… – выдохнула я, но Гипнос продолжал:
– И чтобы Аид охотился на сумеречных оленей? – Гипнос скептически поморщился. – Моя дорогая, ты серьезно ошибаешься. Сумеречные олени – священные стражи Преисподней. Они держат души живых на расстоянии, поглощая их, чтобы защитить наши священные земли. Аид никогда бы не пожертвовал одним из своих верных стражей. Они слишком дороги ему.
Я сглотнула комок в горле.
– Они питаются душами живых? – недоверчиво спросила я. Мое сердце сжалось от его признания, и я поняла, что Аид принес оленя в жертву не из жестокости, а чтобы спасти меня.
Когда все встало на свои места, я вспомнила, сколько страданий было запечатлено на лице Аида в тот день. Убийство тяжким грузом легло на его душу, и он никогда не говорил об этом. Ни разу. Как бы жестоко я ни пытала его и не мучила в тот день.
Мои глаза защипало от слез, и я изумленно отпрянула. О, я недооценивала Аида почти во всем, и осознание, что он стольким пожертвовал ради меня, потрясло меня до глубины души. Аид любил меня с самого начала и не раз доказывал свою любовь – только я была слишком слепа, чтобы понять это.
– Миледи? – осторожно спросил Гипнос. – Все в порядке?
Я с трудом сглотнула, заставив себя вернуться в реальность.
– Не уверена, что я… – пробормотал я, прижав руку ко рту.
Гипнос прокашлялся.
– Но раз уж мы начали, – произнес он, развернув салфетку и положив ее себе на колени. – Расскажи мне об этой загадке. – Бог придвинул к себе тарелку с фруктами, лениво выбирая ягоды.
Я сделала глубокий вдох.
– Загадка, – слово бездумно сорвалось с моих губ. Мое потрясение было слишком велико, чтобы сосредоточиться на чем-то другом. Пришлось заставить себя собраться и забыть о тревогах. Дрожащей рукой я достала крошечный свиток, который дал мне Аид, и протянула его Гипносу. Нахмурившись, он осторожно взял пергамент, развернул его и пробежал взглядом по загадочным строкам.
– Есть сокровище в глубокой бездне, – вслух зачитал Гипнос. Он задумался, подстегиваемый вызовом его божественному эго. – Не видать хранителя в кромешной темноте. – Он молчал, как мне показалось, целую вечность, пока наконец легкая усмешка не тронула уголки его губ.
– Сокровище в глубокой бездне, – задумчиво произнес бог, словно разговаривая сам с собой. – Конечно. – Гипнос кивнул, и в его глазах загорелся янтарный огонек осознания.
Я подалась вперед, не в силах сидеть неподвижно.
– Ты знаешь ответ? – нетерпеливо выпалила я.
Но Гипнос лишь покачал головой, в его взгляде все еще светился тот блеск осознания. Он поднялся со стула, жестом пригласив следовать за ним, и загадочно произнес:
– У меня есть кое-что гораздо лучше.
55. Филлип
– Если нам придется убить еще одного монстра, я закричу от радости, – рявкнула Элоиз у меня за спиной, пока мы спускались с холма. – Такое чувство, что с нашей последней схватки прошли столетия! Мой меч жаждет божественной крови…
– Твоя кровожадность не принесет ничего, кроме опасности, – пробормотал я, прорубая клинком заросли ежевики, преграждающие нам путь. – У богов есть все время в мире. Что бы они ни делали, где бы они ни были, они могут строить замыслы даже сейчас… – Я резко остановился.
Мы с Элоиз стояли на опушке леса, очарованные открывающимся отсюда видом. Владения Аида расстилались перед нами, словно гобелен: великолепный королевский двор вел к обсидиановому озеру, в котором отражались звезды. Воздух вокруг нас был насыщен темной энергией, отчего у меня по спине побежали мурашки.
– Это он? – прошептал я, пораженный темным величием перед нами. – Мы наконец добрались до дворца?
– Думаю, да, – серьезно ответила Элоиз.
– Давай подойдем поближе и поищем вход, – едва слышно предложил я. – Мы должны найти слабое место в его броне.
Элоиз кивнула, и мы тронулись с места, как вдруг в ночном воздухе прогремел мощный голос.
– СТОЯТЬ! ЧУЖАКИ!
Земля содрогнулась под нами, когда сам Аид появился во всем своем устрашающем величии – воплощение тьмы и могущества. В его глазах горело пламя Преисподней, и взгляд почти опалил мою душу.
– Как вы посмели вторгнуться в мои владения? – прорычал он. Неведомая сила растрепала его черные волосы, он выпрямился в безупречных черных доспехах. За его спиной распростерлись внушительные крылья, огромные и темные, их мощь ощущалась в воздухе вокруг.
Но я не испугался бога, который вторгся в наше королевство и украл мою дорогую Аврору под покровом тьмы. Я собрался с духом, призывая мужество, которое только мог извлечь из дикой ярости, и заговорил, взмахнув мечом.
– Я пришел за принцессой Авророй Стоунволл! – Эти слова вырвались из моего горла в рыке боли.
Губы Аида
